Энциклопедии

Ivan

Причины отсутствия аппетита у ребенка

Причины отсутствия аппетита у ребенка

Содержание

Потребность в пище — одна из базовых потребностей человека, из тех, что заложена в нас, как говорится, «по умолчанию». Любой младенец через несколько минут после рождения и первого вдоха инстинктивно ищет сосок матери, чтобы получить несколько капель молозива: такое поведение обеспечивает выживание, и на первом году жизни развитие без полноценного питания немыслимо. 


Как же так получается, что в один далеко не прекрасный день мы вдруг обнаруживаем, что наш ребенок отказывается есть? Нет, не то чтобы совсем, но перечень употребляемых им продуктов очень ограничен и с течением времени все больше сокращается, а сам процесс кормления превращается в мучение для родителей и самого ребенка.


Итак, если ваш ребенок ест мало (по крайней мере, в вашем представлении), капризен и привередлив в еде, отдает предпочтение отнюдь не полезным продуктам, — эта статья для вас.



Причины 

На самом деле «малоежки» имеют довольно много причин для такого поведения, которые объясняют снижение аппетита вовсе не только избалованностью ребенка (хотя это нередко немаловажный фактор, причем может действовать наряду с остальными).


И хотя в первую очередь сниженный аппетит характерен для детей больных и ослабленных, но и совершенно здоровые малыши нередко в этом смысле не радуют, и объясняется это обычно тем, что:


1. Ребенок на данном этапе своего развития не нуждается в большом количестве пиши. Дети, как известно, растут «рывками», то есть периодически оказываются в фазе активного роста, когда количество потребляемой энергии и, как следствие, пищи резко увеличивается. Поэтому в периоды, когда потребности в подпитке организма снижаются, родители начинают паниковать: ребенок перестал есть! А ему просто не надо сейчас столько, сколько нужно было в прошлом месяце, когда он подрос аж на 3 сантиметра ввысь и на один размер обуви одним махом. Он не то чтобы не ест — просто ест не так хорошо (много), как раньше. Если дело обстоит именно так, то причин паниковать тоже нет: человек все же не машина, потребляющая всегда одинаковое количество топлива (впрочем, даже у автомобилей не все так линейно-примитивно). 


2. Ребенок наследует пищевое поведение (привычки, связанные с приемом пищи) от отца и матери, и если кто-то из них (и тем более оба родителя) имел в детстве те же проблемы, а тем более и сейчас не отличается богатырским аппетитом, ребенок с большой долей вероятности перенимает эту «матрицу» и следует ей. Так что если ваш малыш — не лучший едок, но о вас самих мамы и папы рассказывали совершенно то же самое, просто примите это, как есть. Вы сами вот не ели же всю жизнь манную кашу (да и остальные не очень жаловали), но ведь выжили и даже принесли потомство. Значит, это не смертельно.


3. Ребенок просто так устроен. Вот именно этот ребенок. И ни в кого из родственников он не пошел — остальные едят, «как люди», а это вот дитя — как Дюймовочка: три маковых зернышка. Людям вообще свойственно воспринимать как отклонение от нормы все, что разительно отличается от них самих, и потому такого ребенка в семье воспринимают как недоразумение. Но ведь все люди разные и едят все по-разному — смиритесь. Если сын или дочь совершенно здоровы, развиваются в рамках возрастных норм, с интеллектом, настроением, активностью и самочувствием все в порядке — оставьте ребенка в покое. Он просто другой. Имеет право. К слову, иногда нормы, которые демонстрирует вам ребенок, являются поводом, чтобы задуматься: может, это не малыш ест мало, а вся семья — привычно много?


4. Питание ребенка организовано нерационально. Он получает перекусы между кормлениями и в промежутке от завтрака до обеда или от обеда до ужина вполне может пополнить необходимый запас калорий в виде печенек, конфет, фруктов (особенно фруктов калорийных, вроде бананов или винограда), и даже вроде бы «безобидные» соки и молоко также дают ребенку и энергию, и ощущение сытости. Садясь за стол для «полноценного» приема пищи, ребенок обнаруживает, что ему вроде как есть уже и не надо, ведь здоровый организм пополняет запасы калорий лишь тогда, когда они истощились, а не потому, что «время подошло» (к слову, питание «по часам» без учета истинных потребностей организма не имеет ничего общего со здоровым питанием). Поэтому если сын или дочка «кусочничают», то есть практически целый день что-то жуют, нечего удивляться, что толком они не едят (хотя лишний вес умудряются набрать при таком режиме питания многие, особенно если перекусывают «быстрыми калориями» — сладостями, чипсами, сладкими газированными напитками и так далее).


5. К подобному же результату приводит излишняя озабоченность семьи процессом кормления, эта пресловутая беготня с ложкой за малышом, которого безуспешно пытается накормить заботливая мама или бабушка. Причем, строго в соответствии с законами физики, действие равно противодействию, и чем настойчивее попытки накормить маленького «нехочуху», тем активнее сопротивление, тем плотнее сжимаются губки и дальше летит выплюнутая ненавистная кашка. Мало того, что включаются психологические барьеры, — физиология в этом случае также не на вашей стороне: кормление обычно затягивается чуть ли не на полтора-два часа, и все эти ложечки за папу, за маму и соседского кота, все эти театрализованные представления, которым позавидовал бы Борис Краснов, — все это способствует тому, что когда последняя ложка утренней порции оказывается наконец в детском желудке, уже подходит очередь первой ложки обеда. Ну, а если не утрировать, то просто времени между приемами пищи проходит слишком мало — не достаточно для того, чтобы ребенок проголодался, а ведь голод — единственный по-настоящему действенный стимулятор аппетита. 


6. Ребенка кормят продуктами, не соответствующими возрасту, и он просто не успевает их переваривать, еда подолгу задерживается в разных отделах пищеварительной системы, потому что система эта пока не приспособлена к таким продуктам, вот ребенок и «не голоден». Вспомните себя после новогодних застолий, когда желудок буквально забит под завязку тяжелой пищей: примерно то же самое, но вдобавок регулярно, происходит с маленькими детьми, которых кормят пельменями, жареной картошкой и копченой колбасой.


7. Мамы или бабушки (чаще всего именно они) слишком усердно выполняют роль «питателей» и накладывают малышу порции, превышающие его возможности, практически как взрослому. Да, взрослым лестно полагать себя источниками разнообразных благ для своих детей, но что чрезмерно, то не здорово, и быть хорошей мамой — это не просто быть мамой, обильно кормящей чадо, а скорее мамой веселой, интересной, дающей радость, открытия и новые впечатления, а не только мечущей паровые котлетки. Нет прямой связи между уровнем здоровья и счастья ребенка и количеством поглощаемой им еды, и потому расхожий стереотип «хорошо поел = много поел» — это заблуждение, выросшее из воспоминаний о тяжелых временах голода и разрухи, пришедшихся на детство и юность наших бабушек и прабабушек. Но невозможно наесться впрок, и потому не стоит воспринимать ребенка как фаршированный перец, который надо набить под завязку.


8. Ребенку предлагают новую, необычную еду — то, что он раньше не пробовал, или то, что раньше было приготовлено по-другому. Это в ресторане приветствуется креативная подача блюд в духе «каждый день по-новому». Дети же консерваторы, они любят так, как мама делает всегда, и потому с трудом «переучиваются» на непривычную кухню в детском саду, на отдыхе, в гостях, у бабушки (если ребенок нечасто у нее бывает) и так далее. Необычный внешний вид, запах, новые специи — все это может привести к тому, что малыш откажется от блюда, которое вы с таким старанием готовили и которым хотели его порадовать. Вашу обиду можно понять, но это именно тот случай, когда лучшее — враг хорошего. Все это вовсе не значит, что детское меню не должно отличаться разнообразием и укладываться в схему «борщ-пюре-котлеты-компот». 


9. Ребенок просто не любит то, что ему предлагают. Ну вы и сами не все едите, скажем, сало, рыбу и молоко с пенкой. И за каждым из своих родственников и близких друзей вы замечаете подобные «пунктики». Но отчего-то, когда дело касается собственных детей, заботливость перевешивает здравый смысл, и мы впадаем в уверенность, что если продукт полезен — ребенок обязан есть его во что бы то ни стало. Но! Во-первых, нет, не обязан. У всех блюд есть аналоги, которые позволяют заменить нелюбимое любимым или хотя бы приемлемым. А во-вторых, степень «полезности» определяется чаще всего не объективными критериями, а имеющимся у нас самих набором социокультурных стереотипов. Кто-то считает приемлемым только вегетарианство, кто-то питается по средиземноморской диете с обилием кисломолочных продуктов и овощей, кто-то убежден, что вся сила — в мясе и кашах, и особенно «весело» бывает детям из тех семей, где все взрослые имеют собственные, не совместимые друг с другом убеждения. Тогда каждому из родни он что-то «должен»: «нормальный ребенок должен есть гречку», «он не вырастет здоровым, если не будет кушать молочный суп» и так далее. Но то, что же любит сам ребенок, никого не интересует, и против такой несправедливости он протестует глобально — просто старается не есть нелюбимое, а поскольку любимое не дают (и я сейчас не о конфетах), начинает воспринимать еду вообще как тотальную неприятность, и трудности с аппетитом остаются уже на всю жизнь как личностная особенность.


10. Маленький ребенок не может любить то, что не входит в семейное меню, хотя бы потому, что никогда этого не пробовал, и все эти родительские «он у нас этого не ест» — это скорее кокетство. «У нас дома этого не едят», «мы это не готовим» — так было бы честнее. Если семья привыкла питаться бутербродами и вермишелью с сосисками, то, конечно же, ребенок вряд ли будет «любить» плов или рыбу с овощами. Оно бы и ничего, но ведь дети рано или поздно попадают в садики и школы, и там начинается: «Ваша Галя избалована»...


Как видим, причин для отсутствия аппетита у детей предостаточно. Но если бы все было так просто, то перечислить все типичные ошибки и учесть их оказалось бы достаточно для исчерпывающего решения проблемы... Поэтому давайте разбираться дальше. 



Когда начинать беспокоиться 

До сих пор мы говорили о здоровых детях и о причинах в основном психологического характера. Однако существует ряд ситуаций, когда проблемы с питанием — признак (или следствие) серьезных проблем со здоровьем. 


Итак, необходимы контроль врачей и помощь родителей, если:

- у ребенка имеется генетическое заболевание, связанное с нарушением секреции или образованием пищеварительных ферментов;

- у ребенка выявлено нарушение обмена веществ;

- у малыша повышенное внутричерепное давление (это также нередко является причиной снижения аппетита);

- ребенок болен — даже банальная ОРВИ способна лишить желания есть (что и понятно — все силы организма брошены на борьбу с возбудителем заболевания, и сил на переваривание пищи остается мало). Вспомните себя: когда вас подкосит грипп или простуда — много ли вы едите? То-то же;

- тем более понятен отказ от еды, если заболевание более серьезно, если оно носит острый характер либо болезнь хроническая и связана с наличием болей и других труднопереносимых симптомов (например, приступы рвоты, панические атаки и так далее).


Все это были причины физиологические, однако психологических причин возникновения патологий также достаточно.  Сюда относят: 


1) анорексические нарушения у младших дошкольников, которых родители «замучили» едой до такой степени, что она стала вызывать стойкое отвращение, а сам процесс кормления — реакцию отвержения и сопротивления. Не всегда ребенку при этом удается остаться здоровым: нередко отмечаются истощение, анемии, ну а о психологическом благополучии речь обычно даже не идет — невротические проявления в таких случаях неизбежны. Ребенку трудно понять, почему ему устраивают ежедневную пытку едой, почему надо есть, когда не голоден, ведь это идет вразрез с принципами самой природы! Так нормальная витальная (то есть необходимая для выживания) потребность превращается в тягостную повинность, и сам процесс питания ассоциируется только с негативом (ну а как иначе, если на завтрак, обед и ужин он получает не только пищу, но и родительские причитания, угрозы, а то и подзатыльники?), в результате чего нарушаются взаимоотношения с миром вообще и с ближайшими родственниками в частности. Ребенок не ест уже не потому, что не голоден, а из привычки сопротивляться, действовать наперекор, из пресловутого принципа «назло». Да, выглядит это поведение противней некуда, но ведь не он первый начал эту борьбу. Вспомните: когда он родился, он хотел есть; 


2) анорексические проявления у более старших детей, которые становятся жертвами пищевых стереотипов взрослых, чрезмерно озабоченных правильным питанием и идеальным весом. При этом ребенок не обязательно толст, но вот озабочен проблемами питания не по возрасту практически всегда. Он отказывается от множества продуктов, а иногда — даже от общения с людьми, которые эти продукты едят или угощают ими по простоте душевной. И ладно, если бы это касалось только чипсов и колы, но ведь из списка «дозволенного» порой исключаются продукты жизненно важные, такие как мясо, каши, любой хлеб, молочные продукты и так далее, что опять же приводит к анемии и истощению. Однако ребенок, прекративший полноценно питаться, рискует не только весом: если бы так, это было бы еще полбеды. Однако недополучающий необходимых веществ детский организм не в состоянии правильно расти и развиваться, снижается интеллект, ухудшаются память и концентрация внимания, замедляется рост, накатывает усталость, которая быстро становится хронической, — в результате успеваемость ухудшается так же ощутимо, как и состояние здоровья;


3) булимические расстройства, или банальные приступы обжорства. Нередко при сниженном аппетите и крайне узком рационе ребенок все же иногда включает режим «жора» (длительно удерживаемый на голодном пайке организм берет свое!) и сметает неимоверное количество определенного продукта, обычно калорийного и малополезного для здоровья — например, сырокопченой колбасы, конфет или чипсов. Это состояние сродни взрослым запоям, когда человек перестает контролировать количество потребленного продукта. Классическая булимия предусматривает акт самонаказания и попытку самоконтроля в виде искусственно вызываемой у себя рвоты, но у детей иногда наблюдается вариация обжорства в чистом виде, без последующей «компенсации» — так называемые приступы бинджей. Впрочем, рвота (но уже самопроизвольная), а также боли в желудке, расстройство стула и прочие прелести, тем не менее, все равно наблюдаются как естественное следствие переедания. Это тот парадоксальный тип питания, когда в ситуации «ребенок плохо ест» этот самый ребенок умудряется наесть ожирение;


4) депрессивные состояния, когда ребенок отказывается не только от еды, но и вообще от любых радостей, потому что в его жизни произошло или происходит нечто такое, с чем психика категорически не справляется. Обычно сюда добавляются постоянно сниженное настроение, расстройство сна (бессонница или, наоборот, постоянная сонливость), раздражительность или обидчивость, слезливость. Если мы имеем всю картину в совокупности, визит к психологу необходим;


5) навязчивые состояния, или так называемые обсессивно-компульсивные расстройства, когда каждый прием пиши сопровождается строгим ритуалом, который обязательно должен соблюдаться до мельчайших деталей: подача пищи, место и время ее приема, внешний вид и запах еды — все это должно укладываться в стереотип, привычный ребенку, иначе следует бурный приступ истерики или паники с последующим отказом от еды. Как мы уже говорили, подобное поведение является характерным для расстройств аутического спектра, и сам факт такого поведения должен быть поводом для консультации с невропатологом или психологом;


6) невротические расстройства пищевого поведения, связанные с паническим страхом заболеть, заразиться чем-либо через еду, получить вредные для организма вещества вроде пищевых добавок или красителей, способных вызвать аллергию или даже онкологические заболевания. Нельзя сказать, что такие тревожные дети всё придумали и наша пища свободна от всего вышеперечисленного. Но все дело в степени выраженности страхов и в том, что они не соответствуют возрасту: все же в том, что ребенок боится есть все, кроме хлеба, есть изрядная «заслуга» взрослых, чрезмерно озабоченных вопросом «как страшно жить!»;


7) более сложные случаи — бредовые расстройства, то есть всевозможные фантазии, связанные с едой весьма условно, но существенно влияющие на прием пищи: нельзя есть еду из определенной тарелки, нельзя есть такую-то еду по таким-то дням недели (если это не связано с религией или традициями семьи или региона проживания, а является просто немотивированной фантазией самого ребенка), идеи о том, что в еде кто-то сидит или живет, кто-то разговаривает с ребенком и внушает ему определенные мысли или действия (из-за чего ребенок старается отказаться от пищи, сопротивляясь «влиянию»). Сам факт появления таких необъяснимых странностей, в особенности в большом количестве, также должен быть основанием для родителей обратиться за помощью к специалистам.



Пищевые аллергии

Еще одной причиной отказа от пищи может стать имеющаяся у ребенка аллергия на различные продукты. В качестве аллергенов традиционно называют определенные вещества, однако психологический подтекст всегда включает в себя людей и ситуации. 


Аллергия считается бедствием современного мира, глобальной проблемой. Согласно оценкам Российской ассоциации аллергологов и клинических иммунологов четверть россиян являются аллергиками.


Генетики в настоящее время насчитывают около 20 генов, отвечающих за предрасположенность к тому или иному виду аллергии, однако предрасположенность — не синоним предопределенности, и тот факт, что в вашей семье наблюдается такая тенденция и вы или ваш ребенок входите в группу риска, означает необходимость перестроить свою жизнь и образ мышления таким образом, чтобы этот риск свести к минимуму и не дать ему шансов проявиться.


Безусловно, состояние окружающей среды не лучшим образом влияет на наше здоровье, однако при прочих внешне равных условиях одни из нас заболевают, другие — нет: неправильный образ жизни, отсутствие тренировок для иммунитета и негативное мышление делают свое дело куда надежнее, чем шоколад или мандарины. Аллергены — лишь повод для организма отреагировать, причины — всегда глубже.


Психоаналитики трактуют аллергические реакции как способ выражения наших страхов — страха общения (с последующим отказом контактировать) или страха столкновения с «неудобным» окружением. Такого мнения придерживаются не только психологи, но и дерматологи: даже если стресс и не является причиной аллергии, он, безусловно, усиливает ее проявления, и если аллергия имеет психологическую первопричину, она поддается обычному лечению очень тяжело.


Физиологический смысл аллергии в том, что иммунная система старается «обезвредить» опасное для организма воздействие, однако порой ошибается при этом, принимая за опасность вполне нейтральные для остальных компоненты вроде меда или яичного белка.


Ошибается она, конечно же, не просто так, а с нашей же собственной подачи, причем иногда эффект так силен, что приступы становятся мучительными и затрудняют нормальную жизнь, а то и создают угрозу для нее. Поскольку старт или приступ аллергии у ребенка — происшествие, пугающее всю семью, сын или дочь порой, не осознавая этого, используют его в качестве средства привлечения к себе внимания и «сплочения» семьи для решения этой сложной задачи (так бывает, если родители слишком увлеклись своими проблемами и выяснением отношений между собой).


Нередко аллергия — попытка ребенка помочь членам семьи осознать неблагополучные аспекты общения: когда у матери напряженные отношения со свекровью или у отца — с тещей, у детей возникает «аллергия на бабушку» в том или ином смысле — на ее еду, ее дом и так далее. Малыш любит их обоих, но занять чью-то сторону — во взрослой системе ценностей отчего-то означает предать другого, вот ребенок и протестует против такой дисгармонии телесными реакциями. Когда отец с матерью конфликтуют между собой, ребенок «выдает» аллергию как способ переключить их друг с друга на себя. Когда на малыша оказывается слишком сильное давление и повышенный контроль, аллергические проявления — его способ показать, что родные властны не надо всем и что его тело — отдельная «республика», не поддающаяся приказному управлению.


Психотерапия в случае появления аллергии у ребенка направлена на укрепление его веры в себя, в свои силы, однако практически всегда должна затрагивать и остальных членов семьи, чтобы помочь выявить проблемные зоны отношений и скорректировать их.


Психологам пока сложно «считывать» послания тела — ведь все мы очень разные, и наши семейные ситуации разные, однако можно найти общие закономерности :

• аллергические реакции по типу кожных раздражений свойственны детям тревожным и мнительным, отягощенным страхами, неуверенным в себе, а также тем, у кого в характере много нарциссических черт и демонстративности (это — средство выставить свои проблемы напоказ);

• аллергические реакции по типу заболеваний внутренних органов, язв и опухолей свойственны интровертам, тем, кто все старается спрятать внутри, замкнуть в себе.


На психологическом уровне аллергия — проявление гиперчувствительности и одновременно отсутствие позитивного восприятия жизни, неумение эту чувствительность использовать на пользу (помочь), наличие стремления демонстративно страдать.


Второй психологический аспект аллергии — негативизм (не зря в народе используются такие выражения, как «у меня на тебя аллергия», «на дух нс переношу» и т.д.). Негативный настрой, стремление конфликтовать и входить в противоборство с окружающей реальностью заставляют иммунную систему воспринимать слишком много вещей в этом мире как опасные, представляющие угрозу — и тут же выставлять «защиту».


Почему у детей аллергия чаще всего возникает на продукты питания? Потому что организму порой легче осуществить перенос негатива с истинного виновника на нейтральный объект (который, кстати, не может ответить), чем докопаться до причин болезни и попробовать их устранить. И даже взрослой дочери порой легче «выдать аллергию» на мамину стряпню и под этим предлогом пореже приходить к родителям, чем разобраться в своих непростых отношениях с мамой, простить взаимные обиды и перестать нести с собой этот груз — то есть вздохнуть спокойно.


Источник: «Я не хочу кушать!», или в поисках детского аппетита / Наталья Царенко